• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: in memoriam (список заголовков)
22:43 

Могила Вадима Охотникова в Старом Крыму

В июне, находясь на конвенте "Фанданго", посетил в Старом Крыму могилу писателя и изобретателя Вадима Охотникова, одного из призанных лидеров послевоенной советской фантастики ближнего прицела, мужа известной детской писательницы Валентины Осеевой. Хорошо помню его брошюрку с рассказами "История одного взрыва", прочитанную в раннем детстве. Хочу её даже недорого прикупить где-нибудь на "Алибе" (или у кого-нибудь из фантлабовцев), в память о том, как изучал её, будучи шестилетним. Ведь именно в этом возрасте я получал самые свежие, самые яркие впечатления. :)

На памятнике писателю есть табличка, на которой изображены все его изданные книги (см. под катом)

Фотографии в альбоме «Фанданго-Фрегат-2015», автор lares09 на Яндекс.Фотках














@темы: in memoriam

13:26 

Ушла Яна Ашмарина...

Какие слова говорить?.. Не знаю...
Светлая память...

Вот давняя небольшая моя беседа с Яной Ашмариной (2002 г.)

Яна Ашмарина: "Неизвестно, чем закончится процесс..."


Яна Ашмарина перед открытием своей выставки на "Страннике - 2001".
Фото Владимира Ларионова.


Как случилось, что ты стала заниматься иллюстрированием фантастики и фэнтези?

Исторически сложилось, поэтому ответа типа: "Ах, да мне она всегда нравилась, фантастика, в смысле, с самой первой пеленки представляла, как буду ее иллюстрировать" - не дождёшься.

Иллюстрация уже создана в воображении, когда ты приступаешь к работе или неизвестно, чем закончится процесс? Как много времени уходит на "изготовление" одного рисунка?

Это, вообще-то два вопроса, а не один. Чем закончится процесс, абсолютно неизвестно. А время зависит от размера рисунка. От дня до месяца.

В основном ты используешь тушь и перо, а как насчет других техник живописи?

Перо и тушь и живопись - несколько разные вещи. Перо и тушь - это графика. Другими техниками живописи по мнению большинства я не владею.

Тебя обвиняют в чрезмерной любви к ориентализму. Прокомментируй, пожалуйста.

Ни разу не слышала подобных обвинений. Очевидно, яму копают где-то в других местах, а не там, где мне приходится бывать. Если серьезно, то я рада, что обвиняют. Значит, получилось.

Почему в собрании сочинений Толкина, выпущенном издательством "Terra Fantastica" совместно "АСТ", твои рисунки к "Властелину Колец" не вошли в соответствующие тома, а появились в книге "Толкин и его мир: Энциклопедия"?

Потому что Толкин - проект почти полностью "АСТ", а там не любят платить. Ни художникам, никому. А художник моего уровня стоит денег. В "АСТ" не всегда любят даже писать имя художника, чьи работы они используют. А энциклопедию делали уже мы.

Ты по-прежнему иллюстрируешь только любимые книги или соглашаешься работать по заказу, за соответствующую оплату? Поступают ли они (заказы)?

Я соглашаюсь работать по заказу за соответствующую оплату, если книга мне нравится. Все остальное идет лесом. Заказы поступают, хотя и не так изобильно, как раньше. Издатели опять вошли в полосу экономии бабок на чем только можно, а культура издания книги идет ситхам на рога.

Говорят, что Урсуле Ле Гуин, настолько понравились твои рисунки к ее роману "Левая рука тьмы", что она запретила другим художникам иллюстрировать эту книгу. Правда ли это?

Так говорят.

В брошюрке "Who is Who", традиционно выпускаемой к очередному Конгрессу фантастов России, тебя несколько неуклюже называют одним из "отцов-основателей" премии "Странник". Поведай, как все начиналось?

После одного из Интерпрессконов, на квартире у другого отца-основателя выпивало и закусывало несколько человек, известных (более-менее) в мире фантастики и книгоиздания. Разговор частично шел о премиях. Кто-то сказал, что всем хорош "Интерпресс" + "Улитка", но это премии не профессиональные. В том смысле, что первый - приз зрительских симпатий, а вторую дают тому, кому скажет АБС, благо это лично его премия. Слово за слово, и вот на дворе уже восьмой, по-моему, "Странник".*

Как ответственный редактор "Terra Fantastica", скажи пару слов о состоянии дел в издательстве. В частности, как обстоят дела с серией "Секретные материалы"?

В частности, если бы заказчик давал больше времени и денег, дела обстояли бы еще лучше, чем сейчас.

Яна, если можно, расскажи немного о своем детстве и родителях. Ты появилась на свет в Баку, училась и работала в Екатеринбурге (Свердловске), Санкт-Петербурге (Ленинграде), Степногорске, Свердловске-45. С чем связаны твои географические перемещения?

С работой родителей. Они оба врачи. Они ездили, я ездила.

Традиционный вопрос - над чем сейчас работаешь, каковы ближайшие творческие планы?

Закончить четвертую книгу о "Разбойном эскадроне" в серии "Звездные войны" и добиться от заказчика нового пула. Это - как редактор. А художнику очень хотелось бы дождаться от г-на Назарова В. обещанного заказа на Толкина. Время-то бежит.

Беседовал
Владимир Ларионов? 2002 г.



@темы: художники, Ашмарина, in memoriam

13:44 

Светлая память...

Михаил Глебович Успенский (29.11.1950 - 12.12.2014)

Копия DSC02941

Этот снимок я сделал 21-го  июня нынешнего года. СПб. Пулковская обсерватория. Глебыч получает "АБС-премию". Именно тогда я и виделся с ним, как оказалось, в последний раз...


@темы: Успенский, in memoriam

22:20 

01:27 

БНС ушёл от нас...


 

В последние дни (ночи) читал книгу «Стругацкие. Материалы к исследованию: Письма. Рабочие дневники». 1978-1984», недавно изданную «ПринТерра-Дизайном» мизерным (100 экз.) тиражом. И не отпускало меня болезненное, тревожное, давящее ощущение нависшего несчастья...

..

Светлая память Борису Натановичу…

Пустота...




@темы: in memoriam, БНС

00:55 

БНС ушёл от нас...



В последние дни (ночи) читал книгу «Стругацкие. Материалы к исследованию: Письма. Рабочие дневники». 1978-1984», недавно изданную «ПринТерра-Дизайном» мизерным (100 экз.) тиражом. И не отпускало меня болезненное, тревожное, давящее ощущение нависшего несчастья...

Светлая память Борису Натановичу…

Пустота...


@темы: in memoriam, БНС

16:52 

Памяти Гарри Гаррисона

16:41 

Памяти Гарри Гаррисона

21:55 

Ушёл Гарри Гаррисон...





Светлая память...


Моя беседа с Гаррисоном для ж-ла "Реальность фантастики" (2006 г.)

ГАРРИ ГАРРИСОН: «ЧИТАЙТЕ ПОБОЛЬШЕ ФАНТАСТИКИ!»




Звезда мировой фантастики Гарри Гаррисон – почётный гость «Еврокона–2006». Накануне его визита в Киев с писателем беседует Владимир Ларионов.



Первой опубликованной в США книгой Гарри Гаррисона был роман Deathworld, вышедший в США в 1960 г. Именно Deathworld стал первым крупным произведением известного фантаста, переведённым на русский язык. Роман вышел в 1972-м году в «БСФ» под названием «Неукротимая планета» и мгновенно приобрёл у советских любителей фантастики культовый статус. «Неукротимую планету» с заложенным в ней известным принципом «всякое действие рождает противодействие» читатели воспринимали по-разному: кто – как экологический роман-предупреждение о том, что война, объявленная природе, не может быть выиграна, кто – как политическую сатиру о борьбе спецслужб с собственным народом, а кто-то, не утруждая себя расшифровкой намёков писателя, просто от души наслаждался головокружительными приключениями неугомонного Язона дин Альта на далёкой планете Пирр. Позднее писатель продолжил похождения своего героя в романах Deathworld 2 («Специалист по этике», 1964) и Deathworld 3 («Конные варвары», 1968), составивших знаменитую трилогию «Мир смерти». Читатели обожают и многотомный юмористический цикл Гаррисона «Стальная крыса» – космическую оперу-детектив с обаятельным Джимом ди Гризом – межзвёздным преступником, превратившемся в поборника закона. Не менее популярна серия пародийно-сатирических антимилитаристских романов «Билл, герой галактики», часть из которых написана Гаррисоном в соавторстве с другими фантастами. В англоязычной критике «Билла» иногда даже называют «Уловкой–22» научной фантастики». Впечаляет масштаб трилогии Гаррисона «Запад Эдема», состоящей из романов West of Eden («Запад Эдема», 1984), Winter in Eden («Зима в Эдеме», 1986) и Return to Eden («Возвращение в Эдем», 1988). Писатель излагает в ней любопытнейшую историю альтернативной Земли, где уцелели и эволюционировали динозавры, создавшие высокоразвитую биологическую цивилизацию.

Гаррисон плодотворно работает в самых разных направлениях научной фантастики, это писатель широчайшего диапазона. Вы любите хроноклазмы? Для вас – живая и весёлая повесть The Technicolour Time Machine («Фантастическая сага», 1967) о том, как неуклюжие и бестолковые действия голливудской киногруппы, отправившейся в прошлое снимать художественный фильм о древних викингах, отражаются на реальной истории открытия Нового света. Вас интересуют техно-триллеры? Погружайтесь в перипетии борьбы спецслужб за открытие в области искусственного интеллекта в романе The Turing Option («Выбор по Тьюрингу», 1992). Вам по душе социальная фантастика? Читайте демографическую антиутопию Make Room! Make Room! («Подвиньтесь! Подвиньтесь!», 1966) об ужасающих последствиях перенаселения в самом близком будущем (к счастью, апокалиптические прогнозы Гаррисона пока не сбылись).

Успешен писатель и в так называемой «малой форме». Широко известен сборник его остроумных новелл War with the Robots («Война с роботами», 1962), название которого говорит само за себя. Но Гаррисон талантливо писал рассказы не только о роботах. С проблематикой романа «Подвиньтесь! Подвиньтесь!» перекликается тема рассказа A Criminal Act («Преступление», 1966). Нарушителей закона, ограничивающего деторождаемость в нём попросту отстреливают... Пронзительно трагичен рассказ The Streets of Ashkelon («Улицы Ашкелона», 1961). Эту вещь (в некоторых переводах она называется «Смертные муки пришельца»;) из-за её острой антиклерикальной направленности долгое время не решалось опубликовать ни одно издание в США, первая публикация состоялась в Великобритании. В «Улицах Ашкелона» Гаррисон чётко обозначил свою позицию, позицию убеждённого атеиста, сторонника научного познания мира.

И всё-таки, несмотря на всю серьёзность ряда созданных им произведений, Гарри Гаррисон прежде всего – весёлый писатель. Его фантастика, социальная ли, политическая ли, щедро сдобрена неиссякаемым юмором, писатель непринуждённо оперирует историческими и современными реалиями, умеет увлечь читателя забавным сюжетом и парадоксальным подходом к теме. Да и в жизни Гарри – очень доброжелательный, заразительно-жизнерадостный и общительный человек.

В общей сложности Гаррисон написал более пятидесяти романов. Он был отцом-основателем и президентом международной организации World SF, объединявшей профессиональных фантастов, работал главным редактором старейшего американского НФ-журнала Amazing Stories, хорошо известен как редактор-составитель ряда фантастических антологий.

Гаррисон – лауреат премии «Небьюла», обладатель премии журнала «Локус». В настоящее время живёт в Ирландии.

Сайт писателя: http://www.harryharrison.com/


*********


Почему вы решили стать писателем?



Г. Г. – Всегда любил читать научную фантастику. После армии я обучался изобразительному искусству и какое-то время работал рекламным художником. И, пока рисовал, чтобы заработать себе на жизнь, потихоньку начал писать художественные тексты – и даже зарабатывать на этом. Потом переключился на фантастику. Чем дальше, тем меньше я рисовал и тем больше писал. В 1956 я переехал в Мексику уже как профессиональный литератор, фрилансер.



Одна из ваших книг Bill, the Galactic Hero on the Planet of Bottled Brains («Билл, герой галактики, на планете закупоренных мозгов»;), вышедшая в 1990-м г., была написана в соавторстве с Робертом Шекли. Несколько слов об этом замечательном человеке.



Г. Г. – Боб был в нашем поколении самым талантливым. Именно он – отец и изобретатель современного фантастического рассказа, короткой новеллы. Многие писатели, включая Кристофера Приста и Терри Пратчетта, сотрудничали с ним, просто чтобы набраться опыта.



В 1998-м году вы посетили конференцию «Интерпресскон» под Санкт-Петербургом (мы там с вами пиво вместе пили). Что вам особенно запомнилось?



Г. Г. – Помню только то, что была употреблена огромная партия водки. И что множество писателей и читателей толпились вокруг меня, чтобы взять автограф. Конвент был bolshoi во всех смыслах.



Чего ждёте от «Еврокона–2006» в Киеве?



Г. Г. – Я бы хотел поообщаться с писателями, издателями, любителями фантастики... И, конечно, надеюсь, что мы неплохо проведем время – и водки, опять же, выпьем.



Как вы относитесь к фэнтези?



Г. Г. – Лично я прекрасно без нее обхожусь.



Что посоветуете молодым писателям?



Г. Г. – Читать побольше фантастики, чтобы не повторять уже кем-то написанное. Общаться с фэнами и другими писателями. Побольше пить и веселиться на конвентах.



Существует мнение, что фантастика при всей её научности является самым религиозным видом литературы после собственно религиозной литературы. Один из русских фантастов сказал, что беллетризованное описание желательных и нежелательных миров, есть не что иное, как молитва о ниспослании чего-то, или сбережении от чего-то; что фантастика – это шапка-невидимка, в которой религия проникла в мир атеистов. Прокомментируйте, пожалуйста.



Г. Г. – Как раз наоборот, научная фантастика – крайняя степень светской литературы. Это фактически атеистическая литература. Конечно, фантастика исследует проблемы религии, – как, впрочем, и любые другие. В науке нет места для Бога – и в научной фантастике тоже.



Вы любите путешествовать, знаете девять языков. А по-русски говорите?



Г. Г. – Я жил в Мексике и Италии, поэтому говорю на большинстве романских языков. Говорю по-датски, поскольку жил в Дании. Но в России я был только дважды, и оба раза – недолго. Моя мать родом из Санкт-Петербурга и она, конечно, говорила по-русски, но все, что я помню, это слово «нужник».



Расскажите об истории вашей семьи. Как встретились ваши родители?



Г. Г. – Предки моей матери, испанские евреи, были изгнаны из Испании в 1492 году. Они бежали в Голландию, а затем – в Латвию. Мама родилась в Риге, но когда она была еще ребёнком, семья переехала в Санкт-Петербург. Позднее, мой дедушка, часовщик, эмигрировал в Америку и выписал их всех туда. Бабушка по отцу родилась в Кэшле, Ирландия, а дедушка был из Корка. Они тоже эмигрировали в США, отец родился уже в штате Нью-Йорк. Мой будущий отец работал в типографии, однажды кто-то из коллег познакомил его со своей женой, а у той была симпатичная сестра. Так встретились мои родители. Типичное американское происхождение.



Теперь и вы живете в Ирландии (как-то вы сказали, что в этой стране низкие налоги). Быть может, вы оказались здесь потому, что чувствуете – это родина ваших предков?



Г. Г. – Я жил во множестве стран, просто потому, что это доставляло мне удовольствие. Моя жена Джоан и я чувствовали себя как дома в любом дружелюбном окружении. Почти 30 лет мы жили в Англии, и я уже стал подумывать о том, чтобы остаться в этой стране насовсем. Но потом мы посетили Ирландию, и мне показалось, что здесь уютней. Эта страна, как никакая другая, напоминает Америку – люди здесь очень дружелюбные и открытые. Так что мы переехали и купили здесь дом. И ни разу не пожалели об этом. Несколько лет спустя я нашел свидетельство о крещении своей бабушки в церкви в 40 милях от нашего нового дома. Это было странное, но замечательное ощущение – обнаружить вот так неожиданно свои корни.



Ваше отношение к Интернету?



Г. Г. – Интернет – отличный помощник в любом исследовании, прекрасное средство общения. Он делает мир гораздо меньшим и значительно более приемлемым местом для жизни.



Играете ли вы в компьютерные игры?



Г. Г. – Нет, не играю. После рабочего дня, проведенного за компьютером, последнее, что мне хочется – снова пялиться в монитор.



По мотивам вашего романа «Подвиньтесь! Подвиньтесь!» режиссёр Ричард Флейшер снял фильм Soylent green («Зелёный сойлент»;), который в 1974-м стал лауреатом «Гран-при» фестиваля фантастического кино в Авориазе, а вы за участие в создании этой ленты получили премию «Небьюла». Что слышно об экранизации цикла «Крыса из нержавеющей стали»? Писали, что вы продали киношникам права на все романы о Стальной крысе.



Г. Г. – На «Стальную крысу» приобрёл права сроком на 20 лет продюссер Билл МакКатчен. Студия отказалась уже от четырех неудачных сценариев, которые переделывались целых шестнадцать раз. Теперь Билл сам пишет сценарий.



Как обстоят дела с переносом на экран «Фантастической саги», которую хотел снимать Мел Гибсон?



Г. Г. – В своё время мы обсуждали этот проект с Гибсоном, и Мел был настроен тогда весьма оптимистически. Маршалл Брикман, тот, что пишет сценарии для Вуди Аллена, сделал отличный сценарий. Но потом они отказались от опциона, и права тут же приобрел продюсер «Шрека».



Как вы спасаетесь от депрессий?



Г. Г. – Пью или пишу.



Над чем сейчас работаете?



Г. Г. – Работаю над документальной книгой о механических аналоговых компьютерах. Мне хорошо знакомо компьютерное оснащение американской армии во время второй мировой войны, поскольку в дни моей службы в ВВС я занимался расчётом целей, обслуживая артиллерийские турели (я закончил артиллерийское училище по специальности «наводящий турельных орудий»;).



Беседовал Владимир Ларионов, март 2006.
Переводила Мария Галина.



© В. Ларионов, Г. Гаррисон, 2006
Реальность фантастики» (Киев). - 2006. - № 4 (32). - C. 176-180.



Я с Гарри Гаррисоном в дни "Интерпресскона-98" (май, 1998 г.):




P.S. Портрет Гарри Гаррисона, который находится выше (в настоящее время он выложен на сайте писателя), был в своё время прислан мне Гарисоном, как раз для иллюстрации беседы...




@темы: in memoriam, Гаррисон, мои интервью

21:29 

Ушёл Гарри Гаррисон...








































Светлая память...


Моя беседа с Гаррисоном для ж-ла «Реальность фантастики» (2006 г.) ГАРРИ ГАРРИСОН: "ЧИТАЙТЕ ПОБОЛЬШЕ ФАНТАСТИКИ!". Далее - здесь:
http://fantlab.ru/blogarticle21713



@темы: in memoriam, Гаррисон, мои интервью

20:56 

Умер Рэй Брэдбери...


Рэй Брэдбери (1920-2012)...






@темы: in memoriam

20:50 

Рэй Брэдбери (1920-2012)...




@темы: in memoriam, Брэдбери

13:46 

Попрощался сегодня ещё с одним своим ровесником. Мы были дружны с Игорем в первые годы моей жизни в Сосновом Бору, когда я работал в НИИ. Он был свидетелем на моей первой свадьбе...


@темы: in memoriam

23:31 

Сегодня - 65 лет со дня рождения Бориса Штерна


Борис Штерн и Генадий Прашкевич в дни "ИПК-97"
(фото В.Ларионова)


Прашкевич о Борисе Штерне:

Родился 14 февраля 1947 года в Киеве. Но лучшие годы жизни он провел в Одессе. Там закончил университет, женился, начал писать. На Пролетарском бульваре (ныне снова Французском) собрал воедино больные вопросы, мучившие наших современников. Кто прав? Кто виноват? Доколе? Чего тебе надо? Камо грядеши? Что делать? Что ж это делается, граждане? Кто там? Ой, а кто к нам пришел? За что боролись? Как дальше жить? Веруешь? Куда прешь с кувшинным рылом в калашный ряд? Третьим будешь? Что с нами происходит? Кто крайний? А ты записался добровольцем? Ты за кого? Откуда есть пошла всеруська земля? Куда ж нам плыть? Стой, кто идет? А не еврей ли вы? Зачем пришел я в этот мир? За что? А ты кто такой? Кому это выгодно? Почем пуд соли? Куда все подевалось? Кому на Руси жить хорошо? Кто написал «Тихий Дон»? Кто сочиняет анекдоты? Как нам обустроить Россию? В 1971 году Борис Штерн показал свои рассказы Борису Стругацкому. Мэтр принял рассказы благосклонно. Дыхание классиков (особенно Чехова) накладывало на тексты Штерна волшебный узор. Но печататься было трудно. К 1976 году (ко времени нашей первой встречи) публикаций у него было кот наплакал. Только в 1987 году вышла первая книга «Чья планета?» За нею в 1991 году – сборник рассказов «Рыба любви». Только в последние годы (умер писатель в Киеве 7 ноября 1998 года) книги Бориса Штерна начали выходить более или менее регулярно. Парадоксальность стиля заставила, наконец, обратить на себя внимание.

«Если даже писатели дерутся, в этом тоже своя прелесть, – как-то написал он мне. – Толстой и Тургенев... Жаль, что дело не дошло до дуэли... Единственный, кажется, был бы пример в истории, как стрелялись два больших писателя... Ах, как жаль! Вот где пришлось бы потомкам разбираться! А что Пушкин и Дантес, или Лермонтов с Мартыновым, тут и разбираться не надо, кто прав, кто виноват. Пушкин с Лермонтовым правы! И весь ответ. Потому что они были писателями, а Дантес и Мартынов всего лишь членами СП (стихи кропали, наверное). Вот!»Писал он неторопливо. Страдал, когда торопили.«Все равно пишу медленно. Так уж лучше писать страницу в день, но хорошую, чем ту же страницу, но дурную». Тем не менее, за недолгую жизнь Борис Штерн создал цикл рассказов о приключениях бесшабашного космического инспектора Бел Амора, «Сказки Змея Горыныча», роман «Эфиоп» (об украинском хлопчике Сашке Гайдамаке, которого некий шкипер вывез в страну Офир, чтобы получить в четвертом поколении великого национального поэта – африканского Пушкина), наконец, повести «Записки динозавра», «Вперед, конюшня», «Безумный король», «Шестая глава "Дон Кихота"».

В 1994 году на Европейском конгрессе любителей фантастики Борису Штерну было присуждено звание «Лучший фантаст Европы».

Таким он и остался.

Ещё про Штерна в моём ЖЖ:
Хорошо сидят...;
Про Бориса Штерна, члена семинара Бориса Стругацкого;
Смех от ужаса;
Сегодня - 60 лет со дня рождения Бориса Штерна...;
ХМУРОЕ УТРО.


@темы: in memoriam, Прашкевич, Штерн

23:01 

Двадцать лет назад не стало Аркадия Стругацкого...

Я был на его похоронах...



Борис Стругацкий: «Писать мы с братом начали «на слабо»:

- Борис Натанович, вы младше брата на восемь лет. Мешало ли это обстоятельство в детстве, например, вместе играть?

- По-моему, у нас с АН (Аркадий Натанович. - Авт.) все было как у людей, - вспоминает Борис Стругацкий. - До войны старший брат для меня был «мое все» - Царь, Бог и Воинский начальник. Какие там игры - за высокую честь почиталось разрешение тихонько посидеть в уголку, пока Брат с каким-нибудь своим приятелем высочайше развлекаются: разыгрывают сцены из «Войны миров», или мастерят из картонных коробок модель робота (управляемого по радио!), или сочиняют тексты для своего (рукописного) журнала.

Потом, уже война кончилась, АН служил в Сибири и на Дальнем Востоке, я стал старшеклассником, отношения выровнялись: выяснилось, что младший брат уже способен на какие-то вполне человеческие действия. А к концу 50-х, уже когда БН окончил свой матмех, когда полностью вызрело и принято было к осуществлению намерение «писать настоящую фантастику», АН, как человек более опытный и знающий, прочно обосновался на позиции старшего партнера, БН же, «молодой еще», но уже доказавший, что не лыком шит и вполне «годен к употреблению в службе», прочно занял положение хотя и младшего, но, безусловно, партнера («с правом решающего голоса»). Начиная же с второй нашей повести («Путь на Амальтею») абсолютное равенство и равноправие установилось и более не нарушилось до самого конца.



Полностью здесь:
http://kp.ru/daily/25769/2753491/

Офис как часть фирменного стиля.


@темы: in memoriam, АНС, БНС

Посмотри на мир!

главная